О «потолке цен» на газ в ЕС тезисно:

1, Речь не идет о «потолке цен» на российский газ, как ошибочно пишут многие, даже уважаемые СМИ. Такой вариант действительно обсуждался, но уже к началу октября был снят с повестки дня (он стал просто неактуален в силу падения доли российского трубопроводного газа в структуре поставок в ЕС с 40-45% до 7-8%, при том, что российский газ еще и один из самых дешевых).

2. Этот «потолок» не имеет ничего общего с «потолком цен» на российскую нефть ни по сути, ни по практической реализации.

3. Наиболее дорогой газ в ЕС сейчас – норвежский трубопроводный и СПГ, поскольку они ориентированы на биржевые индексы TTF. После того, как в сентябре провалились переговоры с Норвегией о снижении контрактных цен, было принято решение разработать универсальный «потолок», который сдержит рост цен по всем долгосрочным контрактам.

4. «Потолок» касается только трех инструментов (фьючерсов на месяц, на три месяца и на год вперед). Для спотовой торговли (внутри дня и на день вперед) и для внебиржевых сделок ограничений нет.

5. В отличие от первоначального варианта Еврокомиссии (от 22 ноября), в итоговой версии «потолок» распространили на все газовые хабы ЕС, а не только на TTF. Правда, до конца марта 2023 г. Еврокомиссия может рекомендовать исключить отдельных хабы из-под его действия.

6. Странам ЕС не удалось преодолеть идеологический раскол по вопросу допустимости вмешательства в рыночное ценообразование на газ. Насколько известно, при пробном голосовании 19 декабря девять стран проголосовали против. При итоговом – Германия, скрепя сердце, всё же согласовала «потолок», Нидерланды и Австрия – воздержались. Еврокомиссия негласно остается противницей применения «потолка».

7. Финальную версию «потолка» сложно назвать компромиссом. Сторонники ограничения цен (Италия, Франция, Бельгия, Польша, Греция и др.) осуществили то, что хотели и даже больше, заломив руки остальным странам угрозой блокировать другие, ранее согласованные меры по стабилизации рынка (они касаются совместных закупок газа и взаимопомощи в поставках между странами ЕС).

8. При этом Еврокомиссия всё же отстояла оговорки, согласно которым она может в любой момент заблокировать применение «потолка», если будут выявлены риски для безопасности энергоснабжения, финансовой стабильности, сокращения предложения газа или увеличения спроса на газ. В частности, если спрос на газ вырастет на 15% в течение месяца или на 10% в течение двух месяцев, либо значительно сократится импорт СПГ, либо объем торгов на TTF заметно упадет по сравнению с тем же периодом прошлого года.

9. Вероятность применения «потолка» на практике высока. Выше 180 евро за МВт·ч (около $2000 за тыс. куб. м) цены на TTF держались в этом году долго – с конца июля по конец сентября. По многим оценкам, к лету 2023 г. они должны были вернуться на уровень 180-200 евро (с текущего 105-140 евро).

10. Основная проблема «потолка» в том, что он ломает естественный механизм рыночной адаптации к шокам со стороны предложения, хотя именно он помог ЕС в 2022 г. за считанные месяцы заместить большую часть российского трубопроводного газа (путем резкого роста импорта СПГ и сжатия спроса – проще говоря, за счет установления крайне высоких оптовых цен).

11. Но реальной проблемой это может стать только при неблагоприятном стечении обстоятельств (быстром росте потребления СПГ в Азии, критическом сокращении запасов газа в ПХГ, начале восстановительного роста спроса в самом ЕС и т.п.). Всего этого в 2023 г. может и не произойти. Поэтому говорить о краткосрочной пагубности «потолка» пока рано.

12. Краткосрочно из-за «потолка» может резко разойтись динамика фьючерсных и спотовых цен на TTF. Такое уже было в октябре 2022 г., но тогда спотовые цены оказались значительно ниже фьючерсных, а в 2023 г. может наблюдаться обратная картина.

13. Более серьезными могут быть средне- и долгосрочные последствия. Прежде всего, «потолок» стимулирует уход с TTF части финансовых игроков, зарабатывающих на торговле деривативами на газ. Потенциально это может подорвать ликвидность ценообразования на TTF и других хабах континентальной Европы, а соответственно лишить европейский и мировой рынок одного из ключевых реальных бенчмарков.

14. Снижение ликвидности TTF может повысить ценообразующую роль других континентальных хабов (в Германии, Австрии, Италии), если они получат исключение, и отчасти восстановить позиции британского NBP, сильно пошатнувшиеся в последние годы.

15. Серьезный удар получает сам институт биржевой торговли газом, который может быть переосмыслен и отчасти изменен не только в Европе, но и на других рынках.

16. Влияние «потолка» на поставки российского газа можно назвать нейтральным. С одной стороны, немного просядет маржа (в рамках контрактной привязки к биржевым котировкам), с другой – потенциальное снижение предложения СПГ на европейском рынке увеличит востребованность российских поставок в наиболее тяжелые для рынка ЕС 2023-2024 гг.

17. Для азиатского рынка введение «потолка цен» в ЕС можно назвать спасательным кругом: ему проще и существенно дешевле, чем ожидалось, будет конкурировать с Европой за грузы СПГ, что может отчасти стимулировать спрос и сократить непомерно возросшие издержки.

Источник