Прямая явная угроза: чего опасается ФРС США

ФРС удалось убедить инвесторов в том, что до конца года ключевая ставка будет поднята на четверть процента, однако причины, по которым ФРС намерена совершить этот решительный шаг, по-прежнему неубедительны, состояние экономики США у специалистов вызывает скорее скепис, чем оптимизм, и возникает резонный вопрос — в чем реальные, а не надуманные причины ужесточения монетарной политики?

Попробуем обозначить одну из таких причин, тем более, что обычно она остается за кадром, для чего сравним позиции США и Китая с точки зрения участия в мировом экономическом хозяйстве.

У Китая устойчивый профицит текущего счета, то есть Китай, по сути, кредитор для всего остального мира, поскольку производит больше, чем потребляет, по итогам 2015 г. профицит составил 2.7% от ВВП.

США же, напротив, является дебитором, то есть заёмщиком для всего мира. Потребляют больше, чем производит, а потому имеют устойчивый дефицит текущего счета, который по итогам 2015 г. составляет те же 2.7%.

Однако состояние текущего счета определяется не только структурой торгового баланса, но и состоянием иностранных активов вместе с обязательствами. 

Чистые иностранные активы Китая составляют около 20% от ВВП. Это довольно много, но какой же доход получает Китай на свои активы? Доход отрицательный, и равен примерно -0.6% от ВВП по итогам 2015 г. То есть иностранные активы для Китая убыточны?

Совершенно противоположная картина в США. Чистая внешняя позиция составляет минус 40% от ВВП, а вот доход положительный, около 1.2% от ВВП по итогам 2015 г., то есть гигантский пассив генерирует прибыль!

Этот удивительный результат объясняется тем, что Китай и США имеют разные по качеству активы. Китай, имея профицит текущего счета, вынужден часть долларовых излишков размещать в иностранных активах. Чем выше профицит, тем больше излишков, а единственный актив, который доступен всегда и в любых объемах – это низкодоходные казначейские обязательства США. Соответственно, по своим обязательствам Китай платит полноценные проценты, а по активам вынужден довольствоваться минимальными доходами.

В США же ситуация прямо противоположная — активы состоят в основном из портфельных инвестиций, на который инвесторы получают высокий доход, а по обязательствам США платят жалкие доли процента.

В похожих условиях находятся все развивающиеся страны. Для исправления ситуации требуется менять структуру экономического уклада, что и происходит, в частности, в России и Китае.

Но если Россия по объему ВВП не может составить конкуренцию США, то вот действия руководства Поднебесной представляют для стабильности нынешней финансовой системы заметно более явную угрозу.

Именно здесь кроется одна из причин торопливости ФРС, а вовсе не мантры о восстановлении экономики США. Необходимо сохранить status quo, необходимо остановить исход иностранного капитала, для чего требуется повысить доходность активов, чтобы вновь сделать их более привлекательными.

О том, что Китай ведет работу по изменению структуры активов, говорят цифры последних лет. Валютные резервы Китая достигли максимума в июне 2014 г., когда они составляли чуть более 4 трлн. долл., и с тех пор неуклонно сокращаются, потеряв уже около четверти от максимума. Обычно Китаю советуют принять меры против оттока капитала, они могут заключаться в различных ограничениях и контроле покупки иностранных активов или ужесточении кредитно-денежной политики, однако Китай, как становится все более очевидно, делает нечто совершенно иное — продает низкодоходные активы, а ресурсы направляет на подъем внутреннего рынка. В 2008-09 годах приток инвестиций в Китай в производство и основные средства составлял от 25 до 40% в год, и не снижался даже на фоне кризиса, сейчас же ежегодный рост замедлился до 8.1% (данные за август 2016 г.).

Показательны изменения в структуре импорта. К примеру, импорт угля вырос в текущем году, это следствие того, что в целях повышения рентабельности была изменена политика и ужесточились условия собственной добычи, рост составил 38% в годовом исчислении. Нефть и железная руда росли более скромно, на 18% и 8% соответственно, и это признак того, что экономика Китая продолжает свой рост, невзирая на кризис. А вот что падает, так это объемы импорта меди, и вот это и есть тот самый критерий, который указывает на грядущие изменения.

Медь это металл, который используется, в первую очередь, в производстве продукции высокой переработки — электронике, автомобилестроении, бытовой технике, авиастроении и пр. И если нефть, уголь, железная руда — это сырье, ориентированное в первую очередь на внутренний рынок, и объемы импорта этих видов сырья растут, то обратная ситуация по меди указывают на то, что Китай готов к снижению объемов экспорта и переориентации экономики на внутренний спрос.

Для того чтобы не дать уйти китайскому капиталу (а более широко — капиталу всех стран с профицитом внешней торговли, и в первую очередь экспортерам нефти), нужно повысить привлекательность трежерис, нужно добиться, чтобы они стали более доходными. В этом и заключается одна из причин торопливости ФРС. Продолжение мягкой политики приведет к тому, что страны с торговым профицитом будут и далее выходить из американских активов, то есть перестанут финансировать госдолг США. А по прогнозу Бюджетного комитета Конгресса, как мы уже отмечали ранее, нужно, чтобы приток иностранного капитала не иссякал, поскольку дефицит бюджета будет расти.

В эту схему укладывается и рост стоимости сырья. С 22 декабря, сразу после заседания ФРС, будут введены в действие новые правила, затрудняющие возможности американских банков (а в широком смысле — финансовых холдингов и хедж-фондов) по торговле и владению физическими запасами сырья, что в числе прочего означает и отмену условий, действовавших с начала 80-х

По материалам Альпари