О чем не расскажет ФРС: долги и деньги

Итак, FOMC в очередной раз уклонился от мер по нормализации монетарной политики. Почему же? Ведь если экономика США уверенно восстанавливается, о чем постоянно сообщают в своих выступлениях члены Комитета, то почему же нельзя приступить к нормализации?

На самом деле, за вербальными интервенциями скрывается глобальная проблема, которая стоит перед экономикой США, и мы попробуем показать, в чем она заключается.

Известное уравнение обмена, описывающее соотношение денег в экономике и скорости их оборота, с одной стороны, и уровня цен и объемов производства, с другой, выглядит следующим образом:

M*V = P*Q,

где М- денежная масса, V – скорость оборота, P – уровень цен, Q – объем производства.

Формула, в сущности очень проста: слева — деньги, справа — товар. Центробанки пытаются бороться с дефляцией и падением производства (то есть с сокращением правой части уравнения) с помощью накачки экономик деньгами, мол, будет больше денег, значит, простимулируется и производство.

ФРС так и делала с первой волны кризиса — наращивала денежную базу, проведя аж три волны количественного смягчения. Не особо помогло, и с сентября 2014 г. база потихоньку сжимается обратно как в абсолютном выражении, так и относительно предыдущего года, практически весь 2016 год прирост отрицательный:

Так, может быть, растет скорость оборота денег?

Как бы не так — замедление идет давно и отдает безысходностью. Денежный агрегат MZM прошел пик еще в 1981 г., крупнейший экономический кризис тех лет надломил могущество экономики США, агрегат M2 начал сворачивать скорость в 1997 г., со времен знаменитого азиатского кризиса, ну а со 2 квартала 2008 г. пошел вниз самый ликвидный агрегат M1.

Итак, левая часть уравнения обмена сжимается, падает как количество денег в экономике, так и скорость их оборота. Нам могут заметить, мол, монетарная база отражает, скорее, баланс ФРС, а денежные агрегаты М1, М2, MZM в абсолютном выражении растут. Возразим — их рост обусловлен не количеством денег, а скоростью кредитования, а потому является производным от денежной базы.

Как же так? Если снижается предложение денег и одновременно падает скорость их оборота, тонеизбежно сжатие и правой, товарной части уравнения. Значит либо снижение выпуска, то есть рецессия, либо снижение цен, то есть дефляция. Ну или то и другое одновременно.

Так и есть. С единственной оговоркой — денежная часть уравнения обмена неполная. Еще на заре 20 века американский экономист Ирвинг Фишер блестяще доказал, что долг, создаваемый в экономике, ведет себя в ней совершенно аналогично реальным деньгам, а формула обмена приобретает следующий вид:

M*V + M1*V1 = P*Q,

где M1 и V1 — объемы кредитов и скорость их оборота. Таинственным образом из уравнения (и из множества учебников) была выброшена долговая компонента, но чиновники ФРС прекрасно знают, какое уравнение правильное, а какое — для общего употребления.

Другими словами, недостаток реальных денег или скорости их оборота компенсируется ростом кредитования. Чем выше кредитование, тем лучше удается купировать негативные процессы. Вот такой вот нехитрый реальный смысл всех этих многочисленных и изощренных программ «смягчения» и «стимулирования».

Ну и что же сейчас с ростом долгов в США?

Буквально на днях Банк международных расчетов (BIS) выпустил очередной квартальный отчет, в котором отметил впервые с 2009 г. снижение кредитования для нерезидентов США, при этом рост кредитов внутри страны остается стабильным на протяжении многих лет, и все попытки его увеличить ни к чему не приводят.

Итак, левая денежная часть уравнения обмена сжимается — денежная база сокращается, скорость оборота снижается, объемы кредитования не растут. Следовательно, если не удастся преодолеть эти тенденции, то неизбежно либо развитие дефляции, либо снижение темпов роста ВВП или даже сваливание в рецессию.

Это объективная картина состояния дел в экономике США. Никакого восстановления и близко нет, и в декабре, когда FOMC соберется на очередное заседание, ситуация будет не лучше, а хуже, чем перед 21 сентября.

Сейчас рынок оценивает вероятность того, что в декабре ставка будет поднята, примерно в 60%. Но рынок ошибается, и к декабрю выйдут наружу многие другие признаки рецессии, которые уже не получится скрыть. В частности, темпы создания новых рабочих мест будут снижаться быстрее, чем предполагается сейчас, инфляция останется на текущих уровнях или даже чуть ниже, а замедлится рост ВВП.

Не будем забывать и о том, что все три «ястреба», голосовавшие в среду за повышение ставки — Джордж, Мейстер и Розенгрен — потеряют право голоса в следующем году, на их место придут заметно более осторожные члены Комитета, и, с учетом ухудшения макроэкономических показателей, вероятность того, что в 2017 г. удастся выдержать заявленные темпы роста ставки, под большим сомнением.

Доллар будет снижаться, это объективная реальность, которую нельзя будет отменить никакими вербальными интервенциями или манипуляциями со статистикой. Миром правит тот, кто создает долг, поэтому все усилия ФРС направлены на сохранение за собой этой привилегии в глобальном масштабе. Насколько это удастся — как обычно, покажет будущее.

По материалам Альпари